Новые Поступления

В стране уходящего лета
Где тихо плывут облака.
Где нет и следа человека
Росли в той стране три цветка!

Росли на высокой вершине
Седой одинокой скалы.
Где дуют ветра и поныне
Их песни звучаньем сильны.

Но прорвана была граница
Армадой людских машин.
Что ночью в кошмарах лишь снится
И взвился клубами в высь дым.

Урча, грохотали вгрызаясь
В легендой наполненый край.
Там скалы с землёю равнялись
Был в ад, превращён этот рай!

И на взрыхленной равнине
Осталась стоять лишь она!

Это случилось в Киото, прежней японской столице, во время цветения сакуры. В старом Императорском саду, спрятавшись за расцветшим деревом, плакала потерявшаяся русская девочка. Отец её, баптистский миссионер, вместе с представителями иных христианских конфессий после совместного фотографирования отправился на приём к императору, а она от скуки решила прогуляться по саду. Но цветущие деревья оказались на редкость одинаковыми, так что скоро Женька основательно заблудилась.

Пеструшка - курица снесла яйцо,
Кудахтаньем оповестив округу.
В гнезде душистом возлежит оно
Жемчужиною белою округлой.

Топорща крылья, петушок пройдёт,
Соперница глазком блеснёт коварным,
Но всё ж яйцо сторонкой обойдёт,
Хоть аппетитен вид его товарный.

Пока в гнезде,- знать, будущий птенец, -
Никто на кальций зариться не смеет.
Но только вынь, - уже запрета нет,
Все взгляды на него, - склевать скорее!

Вот так и бедный человек - овца,
Пока в загоне Божьем - безопасен,

Есть Песнь песней,
Любовью дышит
Она с начала до конца.
Есть Книга книг,
Сам Бог в ней пишет
Посланье к страждущим сердцам.

Свой Сад садов -
Свой виноградник
Господь хранит средь бурь земли.
Мы - праха прах,
Но Он за правду
Нас привлечёт пред светлый Лик.

Сам Царь царей,
Жизнь жизни нашей,
Душа всех душ, Свет света глаз -
За нас; и кто быть может страшен,
Прощённым Им
В ненастный час?

О, Сердце сердца,
Иисус мой,
Ты в собственность меня прими!